Может ли друг заменить психолога?

Может ли друг заменить психолога?

Молодая женщина очень взволнована: «Вчера он снова устроил жуткий скандал, я больше так не могу… Ну что мне делать?» Собеседница выдерживает паузу, а затем уверенно произносит: «Так будет до тех пор, пока ты наконец не проанализируешь ваши отношения!» Многие из нас склонны вести себя так, словно мы лучше других знаем, что нужно нашим друзьям и почему они поступают тем или иным образом. Кажется, это совсем не сложно – выслушать и что-то сказать в ответ, мы не раз видели, как это делают психотерапевты в фильмах и телепередачах. Уверенности придает и ощущение, что мы спасаем близких от депрессии, непоправимой ошибки или просто глупости.

Но на самом деле мы лишь играем в психолога, а значит – обманываем: ведь психотерапевтом или психоаналитиком, не получив специального образования, стать невозможно.

Взгляд со стороны

Может ли друг заменить психолога?

«Дружеская помощь, то есть сочувствие и участие, уменьшает наше страдание, боль и тревогу, – говорит психотерапевт Александр Орлов. – Но спустя некоторое время возникает новая проблема, и мы снова обращаемся за помощью к друзьям. В психотерапии все иначе». «Мы стремимся к тому, чтобы у клиента возникло ощущение процесса, движения, постепенного изменения, – поясняет психотерапевт Екатерина Михайлова . – И строим сложную систему взаимодействия, для того чтобы тот, кто пришел к нам за помощью, рано или поздно мог отказаться от нее». Задача психотерапевтов состоит в том, чтобы помочь нам по-другому взглянуть на собственную жизнь. А смысл дружеского участия – утешить, посочувствовать и поддержать в настоящий момент. Понимая при этом границы своих возможностей, чтобы (не)вмешательством не нанести другу дополнительную травму.

Учиться сочувствию

Может ли друг заменить психолога?

Мы утешаем наших друзей в трудные периоды их жизни. И надеемся, что и они будут внимательны к нам: дадут выговориться, не перебивая, выслушают, поймут.

Читайте также  Зак Позен создал золотое платье, посвящённое мороженому

«Дружба невозможна без эмоциональной включенности друг в друга, – продолжает Александр Орлов. – Психотерапевту для успешной работы необходима дистанция в отношениях с клиентом. Она позволяет вести открытый диалог, благодаря которому человек чувствует, что его принимают таким, какой он есть, и можно говорить обо всем, не опасаясь осуждения или неодобрения».

Работа психологов требует больших усилий и мастерства, и она оплачивается. Дружба же бескорыстна. Психотерапевты учатся чувствовать другого человека, овладевают техникой эмпатического слушания (Эмпатия – безоценочное сопереживание эмоциональному состоянию другого человека).

«Конечно, тем, кто выбрал эту профессию из сопереживания людям, а не из желания манипулировать и управлять ими, легче освоить умение общаться, не осуждая, не оценивая других, не ставя им диагнозы, – поясняет Александр Орлов. – Но и для них непривычно слушать другого (даже если он говорит о чем-то совсем незначительном) с тем вниманием и старанием, на которые они только способны. Поэтому первые опыты психологического консультирования проходят под контролем супервизора, опытного психотерапевта».

Что же делать, если мы оказались невольным свидетелем того, как подруга все больше погружается в депрессию? «Быть настоящим другом в этом случае означает настоять на том, чтобы она обратилась за помощью к профессионалам», – убежден Александр Орлов.

Опасная зависимость

Может ли друг заменить психолога?

Две двадцатилетние девушки сидят в кафе. Одна из них, с трудом сдерживая слезы, рассказывает о неудачном романе. Почему ей все время не везет – может быть, с ней что-нибудь не так? «На самом деле ты хотела бы остаться одна, тебя это устраивает, и ты сама делаешь все, чтобы тебя бросали. Ты слишком инфантильна, чтобы взять на себя ответственность за ваши отношения», – бесстрастным тоном эксперта отвечает ей подруга.

Такие суждения можно назвать «наивным психоанализом» (или непрофессиональным консультированием): в них много личных, безапелляционных оценок и советов, которые удовлетворяют стремление к превосходству тех, кто их произносит.

Читайте также  Все фазы луны... в одной чашке

«Позиция особо доверенного лица, к которому окружающие обращаются за решением своих личных или семейных проблем, повышает самооценку, – поясняет психотерапевт Екатерина Михайлова. – И человек быстро привыкает быть «тем, кто лучше знает» и начинает (часто бессознательно) играть в спасителя. Таким образом он самоутверждается и забывает о своих личных проблемах». Так, рядом с 52-летней Ольгой всегда много подруг, которые нуждаются в поддержке. Она мало рассказывает им о том, что беспокоит и волнует ее, но может бесконечно обсуждать детали жизненных историй своих «подопечных».

«Такие люди культивируют чужую уязвимость, чтобы не думать о собственной, – комментирует Екатерина Михайлова. – Ольга боится потерять контроль над происходящим в своей жизни и в каком-то смысле зависит от своих друзей: пока рядом есть тот, кому плохо, она будет чувствовать себя хорошо».

Прирожденные слушатели

Может ли друг заменить психолога?

И все же есть среди нас те, кто особенно располагает к откровенности. Естественным образом, без всякой выгоды для себя. У них нет ни малейшего желания быть терапевтами для своих друзей. О таких говорят – «да он прирожденный психолог!». «Это те, кто умеет выслушать, что особенно ценно, поскольку вокруг нас гораздо больше людей, которые активно вмешиваются в нашу жизнь, – рассказывает Александр Орлов. – Это та самая «дружеская жилетка», в которую можно удобно и безопасно поплакать».

Точно подбирая слова или просто внимательно слушая, они помогают нам лучше понять себя. Мы словно видим в них образы одобряющего отца или утешающей матери. И такие люди действительно часто становятся хорошими психотерапевтами, если решают получить специальное образование.

Можно ли отличить прирожденного психолога от того, кто, пусть и неосознанно, выстраивает вокруг себя круг «зависимых»? «Первые чаще всего без ревности относятся к профессионалам, – считает Екатерина Михайлова. – А человек, претендующий на особую роль в своем окружении, воспринимает профессиональную помощь болезненно.

Читайте также  5 beauty-коллекций, вдохновлённых кинофильмами

Всякая попытка друзей решить свои проблемы без него вызывает желание немедленно вернуть «отступника» под свое крыло. Существование других возможностей кажется угрозой его особому положению. Попробуйте сказать, что справились с проблемой сами или что собираетесь пойти на психологический тренинг. Прирожденный психолог будет этому рад, а «гуру» сделает все возможное, чтобы обесценить то, что делается без его ведома и участия».

Разные отношения

Может ли друг заменить психолога?

«Настоящий друг – тот, с кем я себя чувствую лучше. Это тот, с кем я могу посмеяться над собой и с кем можно помолчать», – говорит 32-летний Сергей. «Когда я слишком увлекаюсь, моя лучшая подруга возвращает меня на землю, – признается 29-летняя Надежда. – Она помогает мне не запутаться в романах, ведь я так склонна выдавать желаемое за действительное. Она говорит: «Давай посмотрим, что у тебя есть на самом деле, открой наконец глаза», – и ко мне возвращается способность ясно мыслить».

Сами психологи никогда не занимаются психотерапией с друзьями. «Мы обязаны избегать двойных отношений, то есть таких, где к психотерапевтическим добавляются отношения родства, власти, дружбы или любви, – поясняет Александр Орлов. – Они мешают выстраивать терапевтические отношения, свободные от оценок. Психотерапия в этом случае не может быть эффективной». Поэтому даже для психотерапевта друг должен оставаться только другом. Самое лучшее, что он может сделать для него, – это утешить, поддержать и, если понадобится, дать телефон своего коллеги-профессионала.

Каким бы парадоксальным ни показался этот вывод, но чем лучше наши друзья удерживаются от игры в психолога, тем сильнее становится объединяющее нас понимание и взаимное принятие. И тем более целительной оказывается наша дружба!